Пантани - Часть 2

     1995 год должен был стать сезоном грандиозным, целью были легендарные Джиро д'Италия и Тур де Франс. Но случай, неумолимый и беспощадный, всегда подстерегает неожиданно.

     Первое мая, Марко вышел из дома прекрасным утром на обычную тренировку. В полдень он должен был уехать на Тур Романдии (Tour de Romandie), последнюю гонку в преддверии Джиро д'Италия – важный вызов швейцарцу Тони Ромингеру (Tony Rominger), фавориту индивидуальной гонки на время, от которого в горах нужно было уходить подальше.

     Марко тем утром направлялся к холмам вокруг Сан Марино, въехал на дорогу Эмилия (via Emilia), где движение машин не слишком сильное, он подъехал к перекрёстку улиц Сан-Арконгело (Sant’Arcangelo) и Фиат Пунто (Fiat Punto). Никаких проблем, если все соблюдают правила и останавливаются. Но один автомобиль не остановился, невнимательный водитель, въехав на Виа Эмилия, не увидел велосипедиста. Марко затормозил, но слишком поздно. Чтобы смягчить падение, приземлился на руку, но не смог сдержать крика. Моменты паники и ужаса – люди узнали молодого чемпиона, тот же водитель, подбежавший к нему и охваченный страхом, оказался болельщиком Марко Пантани. Марко с кровоточащей скулой, лежал на земле, оглушённый, не верящий в то, что произошло.

     Скорая доставила его в больницу, первый диагноз – черепно-мозговая травма не вызвала шока, контузия, различные ссадины. И среди повреждений – правое колено. Оно и помешало участию в Джиро д'Италии-1995, которая должна была начаться через 10 дней.

     Жестокий удар для Марко. Но делать нечего. Лучше смириться и поставить цель - повторить успех на Тур де Франс-1995.

     Подавленный и разочарованный, Марко готовится к Туру Швейцарии (Tour de Suisse). Он оставил свой след на гонке, выиграв из отрыва этап до Флумзерберг (Flumserberg) с финишем в горе, разбросав всех соперников в своей обычной манере. Это готовность к горам Тур де Франс. Но во Франции, как всегда, много километров в разделке, которые принадлежат Индурайну и Ромингеру. Нужно смириться. А вот в Альпах и Пиренеях можно сделать настоящее представление.

    10-й этап предлагал мифическое восхождение на Альп д’Юэз (Alpe d’Huez), гору, крещённую Фаусто Коппи (Fausto Coppi) в 1952. Одна из легендарных вершин велоспорта. И Марко там наверху дал себе волю, начал атаковать издалека, заставив всех соперников признать поражение. Он поставил новый рекорд подъёма на гору, где не только Коппи, но также и Бернар Ино (Bernard Hinault), Лоран Финьон (Laurent Fignon), Йооп Зутемельк (Joop Zoetemelk), Бернар Ино (Bernard Hinault), Грег Лемонд (Greg Lemond), Джани Буньо показывали серию впечатляющих цифр.

    Вызывая рёв толпы, Пантани первый в одиночестве пересёк финиш, опередив Мигеля Индурайна, Алекса Цулле (Alex Zülle), Бьярне Рииса (Bjarne Rijs) на 1 минуту 24 секунды. Все остальные преодолевали это расстояние ещё тяжелее.

    Но представление ещё не закончено, повтор уже предвкушался. Марко доказал это в Пиренеях, финишем в Гузет Неж (Guzet Neige). На этот раз он не ждал последнего подъёма, чтобы предпринять атаку. Он уехал на предпоследнем, и соперники, уже его хорошо узнавшие, никак не ответили. Пантани победил и бросил Индурайну более чем двух минут.

    Маловато для этой проклятой разделки, никакого подиума в Париже.

    Тур де Франс в тот 1995 год отметился чудовищной трагедией, как раз в Пиренеях, после дня отдыха. Спускаясь с безумной скоростью с Коль де Порте д'Аспе (Col de Portet d'Aspet), Фабио Казартелли упал и больше не поднялся. Нелепо расстался с жизнью в велогонке. Дома его ждали родители, жена Аннализа, двухмесячный ребёнок, которого не случайно назвали Марко. И Пантани потрясён этой драмой, как и все.

    1995 год предлагал возможность уникальную и волнующую: Чемпионат Мира по шоссе проводился не в августе, а в октябре, в конце сезона. Соревноваться нужно было в Колумбии, в Андах, в Дуитама (Duitama), в горах, по высоте приближающихся к 2-3 тысячам метров. Трасса полностью подходящая для Марко.

    И он одно из главных действующих лиц в команде azzurri под руководством Мартини – ещё и Буньо, Кьяппуччи и другие. Но, к сожалению, они были зажаты испанскими «ножницами», сформированными Индурайном и Абрахам Олано (Abraham Olano). Марко должен был контролировать Индурайна. И убежал Олано. На восхождении, где Марко мог показать свой спектакль, ничего сделать не удалось, вот как он рассказывал об этом Мартини:

    «Дождь, временное неудобство, оставил дорогу мокрой, и когда я поднялся на педалях в подъёме, так, как делал всегда, то колесо заскользило, и не получилось произвести такой отбор, как в горах на Тур де Франс».

    Олано на финише был недоступен даже для Индурайна, вынужденного его отпустить. Мигелон – второй, победив в спринте именно Пантани, который получил драгоценную бронзовую медаль. Как он сказал, возможно, получится в будущем выступить лучше, даже на классике. И случай представился скоро, уже под конец сезона, на Джиро Ломбардии (Giro di Lombardia), которая в прошлом всегда награждала великих протагонистов легендарных гонок, начиная с Фаусто Коппи и Джино Бартали.

    Пантани почти вынудили участвовать в гонках для подготовки к Джиро Ломбардии. Он поехал на Милан-Турин (Milano-Torino), одну из самых старых классик мира, которая появилась в 1876 году. Его заставил туда поехать менеджер команды Бойфава, чтобы в преддверии Ломбардии, которая должна была состояться через три дня, удерживался хороший ритм.

    18 октября 1995. Судьба снова развлекалась, подрезая крылья.

    Марко на гонке Милан-Турин принял слова менеджера о том, что ехать нужно осторожно, только для тренировки, слишком буквально. Он отстал на подъёме к Суперга (Superga), желая избежать напряжения и усталости. Он «вывалился» даже из группы Кьяппуччи, которая замедлилась одной из первых. И Бойфава посоветовал Марко вернуться в группу на Суперга, перед спуском к Турину, чтобы избежать свиста толпы и полемики. Ведь он оставался тем, кто вернулся с соревнований мирового уровня.

    Но вот здесь и поджидал его злой рок, на холмах у Турина. Уже было несколько упавших гонщиков, и машина скорой помощи выполняла свою работу. За большой группой Кьяппуччи оставалась одна техничка и регулировщики. Они увидели эту техничку и подумали, что эта последняя машина, показывающая, что гонка окончена, и что за ней больше нет гонщиков. Поэтому дорожное движение вновь открыли на боковых улочках для машин, которые должны были подниматься к Пино-Торинезе (Pino Torinese).

    И это случилось как раз в тот момент, когда Пантани и ещё несколько отставших на огромной скорости летели к городу. Так, на самой середине левого поворота Марко и другие гонщики обнаружили, что летят прямо на автомобиль Nissan Pajero, в котором сидел испуганный водитель. Столкновение было ужасным. Инстинктивное торможение Пантани помогло смягчить удар, который мог быть смертельным. Летели куски велосипеда, брызги крови, раздавались крики ужаса. Марко ощупывал голову – всё на месте, сознание не потерял. Но боль в ноге пронзала всё тело, и когда он посмотрел туда, то едва мог сдержать тошноту. Большая и малая берцовые кости, разломанные на две части, торчали, прорвав кожу. Марко закричал и заплакал. И не он один. Гонщик Франческо Секкьяри сломал таз, бедро Олио разломалось на куски.

    Ещё одна трагедия и абсурдная страница одиссеи жизни Марко Пантани. Долгие дни пребывания в больнице Турина. Двойной перелом – дело очень серьёзное. Можно вернуть к нормальной жизни человека, конечно. Но чемпиона?

    У невезучего Марко жизнь была полна мучений с детства. В 15 лет, когда он ехал на велосипеде, врезался в микроавтобус – сломал нос. Потом было столкновение с машиной в гонке – сломал ключицу. По поводу автомобиля: в 18 лет, имея в кармане лишь временное водительское удостоверение, не имея прав, чтобы избежать столкновения с другой машиной, которая ехала вплотную, врезался в стенку. Сломал ногу, и, вынужденный носить гипс, продолжал тренировки даже так.

     И только его сняли, этот гипс, вместо того, чтобы думать о восстановлении, Марко тут же внёс себя в списки одной гонки. И он замкнул пятёрку в спринте только потому, что не мог встать на педалях, чтобы побороться как следует.

     Но вернёмся к этому ужасному инциденту около Турина, который повлёк за собой нелепые судебные разбирательства. Марко обвинили в спортивном мошенничестве, то есть, сказали, что он задержался, потому что хотел выиграть Милан-Турин благодаря допингу. Такой вывод был сделан только потому, что в больнице при первом анализе уровень гематокрита в крови был очень высоким. И это знак, что он принял пресловутый эритропоэтин?

     Но нет, Марко даже не хотел ехать Милан-Турин, не думал о победе, а лишь тренировался к Джиро Ломбардии. В марте 2001 года суд вынес ему приговор: три месяца тюрьмы условно. Той же осенью суд Corte d’Appello в Болонье признал этот приговор недействительным. Тем не менее, это чередование приговоров ранило Марко очень сильно, действительно сильно.

     Принципиальной проблемой после этого драматического случая было, однако, то, как возобновить гонки. Переподготовка и восстановление были кошмарные. И они продемонстрировали, что il Pirata – Пират, как начали называть его болельщики, обладал характером и решительностью исключительными.

     Рядом с чемпионом находился важный для такого случая человек – профессор Терраньоли (Terragnoli) из Брешии, который помог в переподготовке и в полном восстановлени. Марко, однако, пропустил весь сезон 1996 года. Возобновил в 1997, с новой майкой, той самой Mercatone Uno, потому что Carrera, после большой жизни в велоспорте, прекратила спонсорство. Рядом с Марко в качестве президента новой спортивной команды появился Лучано Пецци (Luciano Pezzi), близкий друг хозяина команды Романо Ченни (Romano Cenni).

     Пецци – фигура значительная и авторитетная в велоспорте – грегари Коппи, когда тот ехал Тур де Франс в maglia tricolore в пятидесятые, тренер Феличе Джимонде (Felice Gimondi) и Витторио Адорни (Vittorio Adorni) в легендарной Salvarani в шестидесятые. Пецци заменил на практике Давиде Боифава, который был занят в производстве велосипедов и спортивной одежды Podium, и подготавливал свой уход, намереваясь оставить ряды так много требовавшего большого велоспорта.

     В техничке Пантани продолжал оставаться в качестве спортивного директора техник, который им руководил ещё в Carrera, знаменуя этим ценную преемственность в команде – Беппе Мартинелли (Beppe Martinelli).



 
1     2     3     4     5     6