Андре Грайпель: «Это момент, которого я ждал весь год. Это самая прекрасная гонка в мире, и самая известная. Одержать здесь победу - это настоящая сенсация. Год от года я не становлюсь моложе, и это причина, по которой я принял решение что-то поменять. Я действительно счастлив, что нашел команду, которая поддерживает меня в моих устремлениях. Я по-настоящему счастлив, что они дали мне эту возможность – принять участие в гонке и выиграть этот этап. У нас был разговор (с Марком Кэвендишем) после этапа в Chateauroux. Он с уважением отозвался о моем спринте. Я не робот, и у меня нет кнопки, на которую можно было бы нажимать метров за 300 до финишной черты, и постоянно выигрывать спринт. В тот день я не мог этого сделать. Когда до финиша оставалось 50 метров, я почувствовал, что ноги не те. Я думаю, что у меня еще есть достаточный запас адреналина. Когда я пересматривал заново спринт (после пятого этапа), то увидел, как Жильбер ускорился слева, так что это вполне нормально, что у него получилось ускорение. Я был не прав. Филипп Жильбер, возможно, лучший гонщик в пелотоне на данный момент. Он силен на любом рельефе, и у него сейчас зеленая майка, которая является нашей целью в этом году. У нас есть шанс добиться этого, и, я надеюсь, мы сможем побороться за зеленую майку. Еще я очень рад за команду, которая оказывала мне поддержку, начиная с того момента, как я попал в заявку для участия в Туре, и особенно сегодня, когда они старались помочь мне выиграть этап».

Марк Кэвендиш: «Я разочарован. Я чувствую, что сделал ошибку, но Грайпель не оставил мне шансов, так что, я не могу ничего сказать в свое оправдание. Я пошел вперед рано, хотя это было не слишком рано для финиша такого типа. Но я не выложился полностью. Я ускорился, когда оставалось 170 метров, но Грайпель оказался быстрее, и победил меня. Я рад за него. Он приехал сюда, на Тур де Франс, и выиграл. Знаете, на самом деле мы постоянно оставались в группе. У меня был Берни (Айзель), который идеально контролировал темп на подъеме. Пелотон был разбит на части, но Берни подхватил меня за 1200 метров до вершины, и потом с помощью остальных парней я вернулся. Нельзя сказать, что я чувствовал себя комфортно, но на самом деле я ни разу не был близок к тому, чтобы вывалить из группы. Тони Мартин был в отрыве, поэтому нам не нужно было вести преследование, и рядом было достаточно парней, которые бы позаботились обо мне за километр до финиша. Они работали невероятно. Там были Тиджей (Ван Гардерен) и Тони. Потом была атака Дэвида Миллара, а он всегда опасен. Но Тони держал всё под контролем. Они сделали всё, чтобы удержать меня впереди вплоть до последнего километра, и это было важно. Затем я оставался третьим колесом, пока не начался спринт».

Филипп Жильбер: «Наша тактика заключалась в том, чтобы заставить других выживать в самом конце этапа. Мы хотели сбросить Кэвендиша на последнем подъеме. Грайпель сказал нам, что пройдет этот подъем без особых проблем. Это был короткий подъем, и наша скорость была действительно очень высокой. На таких подъемах я чувствую свою силу, так что, я атаковал, чтобы заставить команду Кэвендиша работать. Я даже попытался выиграть в одиночку, но этого не случилось. Я не атаковал тех четырех парней, которые были вместе со мной, они просто не захотели поработать вместе со мной. С моей стороны не было никакой попытки сопротивляться пелотону, но, в конце концов, всё закончилось хорошо, потому что наша команда взяла этап, как и планировалось. Моё отношение к зеленой майке не изменилось. Я буду двигаться вперед день за днем. Не то, чтобы очковая классификация меня вообще не интересует, просто я буду стараться собирать очки там, где это возможно. Если в конечном счете это принесет мне зеленую майку, я буду счастлив, но я по-прежнему считаю своим приоритетом победу на этапе. Я люблю выигрывать, и зачастую делаю из этого шоу, так что, у меня нет желания заниматься вместо этого подсчетом набранных мною очков».

Даниэль Осс: «Мои ноги были хороши, я это чувствовал. Я прошел подъемы достаточно хорошо, и это было хорошим знаком. На последнем подъеме сегодняшнего этапа я оказался впереди, когда группа была разбита на части. Главным было присматривать за Бассо, и я без проблем справлялся с этой задачей вместе с Патерски. Потом из технички поступила команда, и мне дали зеленый свет, предоставив возможность побороться в спринте. Дзанатта дал мне два жизненно важных совета относительно прохождения последних опасных поворотов. Я оставался там вместе со спринтерами после прохождения отметки последнего километра. Эти ребята более искушенные, чем я, и, возможно, я ускорился немного рано. Если бы я был чуть более агрессивным, думаю, я смог бы финишировать в первой тройке. Но когда вы находитесь там, вы полагаетесь на свои инстинкты, вместо того, чтобы следовать логике».

Роман Фейю: «Если вы посмотрите повтор финиша с вертолетного плана, то сможете заметить, что я был самым быстрым на последних 150 метрах. Я специально разведывал заключительные километры этого этапа. За километр до финиша у меня была хорошая позиция. Я был как раз позади Грайпеля. Так как там еще были возможности для маневра, я позволил Кэвендишу оказаться впереди себя, но Тор Хушовд сделал то же самое прямо перед поворотом, и сделал он это чуть медленнее. Я вынужден был притормозить. Потом у меня была слишком тяжелая передача. Нет, мне не в чем винить Тора, это гонки. В другой раз я бы сказал, что я камикадзе. Жаль, потому что сегодня была возможна большая победа. Встречный ветер давал дополнительные возможности таким гонщикам, как я, которые предпочитают начинать спринт из глубины. Надеюсь, завтра у меня снова появится шанс. Маршрут будет чуть легче, и надеюсь, что мой тенденит не будет так меня беспокоить. Сегодня колено болело во время прохождения подъемов. Если я все-таки выиграю этап Тур де Франс, я вряд ли буду кричать от радости, скорее это будет чем-то вроде освобождения для меня. Мне 27 лет, и я уверен, что мое время пришло».