- Категория:
- VeloNAME |
- Дата:
- 9-02-2010, 16:55
Сол Рэйсин: вперед с надеждой
4 года назад Сол Рэйсин был одним из значимых персонажей в американском профессиональном велоспорте. Топ-40 на сложном Туре Швейцарии и майка горного короля Tour de l’Avenir в 2005 году. Победитель этапа Тура Лангкави в 2006 году. Все выглядело радужно… а потом все пошло не так. Журналист PEZ CyclingNews Гордон Кэмерон недавно смог поймать этого замечательного молодого человека с новыми целями и новыми миссиями.4 апреля 2006 года. 23-летний американец Сол Рэйсин стартует на гонке Кольцо Сарта (Circuit de la Sarthe) во Франции в составе команды Credit Agricole. Когда осталось всего лишь два километра до финиша 193-километрового этапа между Mouilleron Le Captif и Saint Mars La Jaille, Рэйсин прокалывает колесо и разбивается на шоссе.
Сломанное бедро, сломанная ключица… поправимые травмы для велосипедиста. Поначалу это не выглядело катастрофой – но было ею. Из-за кровоизлияния в мозг Рэйсин перенес операцию на мозге и почти неделю провел в коме. Дорога обратно была долгой, болезненной, беспросветной.
Восстановление Рэйсина было и остается удивительным, но для защиты его благополучия его команда Credit Agricole – которая уважала его контракт и поддерживала его в темные дни – решила, что они не могут рисковать еще одним потенциально фатальным падением. Спустя 18 месяцев после его падения, его многообещающая карьера закончилась – ему было 24 года.
Тот финиш был всего лишь началом. В 2010 году Сол Рэйсин настроен, конкурентоспособен и ориентирован на новые цели и на исполнение новых мечтаний. Вот новая глава Тура Жизни Сола.
Тот финиш был всего лишь началом. В 2010 году Сол Рэйсин настроен, конкурентоспособен и ориентирован на новые цели и на исполнение новых мечтаний. Вот новая глава Тура Жизни Сола.
PEZ: Расскажи нам немного о твоем сегодняшнем ходе мыслей, спустя почти четыре года после твоего падения?
С.Р.: Ход моих мыслей сегодня ясен. В последние четыре года мой разум просыпался, и связи должны были вернуться. Сейчас я вижу вещи так, как не видел их четыре года.
Всю жизнь я работал и тренировал мое тело, и это первый раз в моей жизни, когда я чувствую, что мне надо работать над моим разумом. Поэтому я пошел в школу. Я хожу в Государственный колледж Далтона, здесь в Далтоне, штат Джорджия. Я пока взял только один класс, начинаю медленно.
С.Р.: Ход моих мыслей сегодня ясен. В последние четыре года мой разум просыпался, и связи должны были вернуться. Сейчас я вижу вещи так, как не видел их четыре года.
Всю жизнь я работал и тренировал мое тело, и это первый раз в моей жизни, когда я чувствую, что мне надо работать над моим разумом. Поэтому я пошел в школу. Я хожу в Государственный колледж Далтона, здесь в Далтоне, штат Джорджия. Я пока взял только один класс, начинаю медленно.
PEZ: Как ты чувствуешь себя физически и психологически на данном этапе твоей жизни?
С.Р.: Физически я чувствую себя сейчас сильнее, чем когда я был профессиональным велогонщиком, и более полноценным спортсменом. Подготовка триатлониста укрепила мое тело и заставила мои кости кричать от радости, что они снова имеют возможность бегать.
Будучи велогонщиком, я старался быть настолько тощим, насколько это было возможно. Мой рост 6,1 фута, гоночный вес был 145 фунтов. Сейчас хорошо чувствуется то, что я набрал дополнительную мускулатуру. Психологически, мой разум прошел невообразимое расстояние после аварии. Школа будет лучшим способом подняться на следующую ступень моего выздоровления.
С.Р.: Физически я чувствую себя сейчас сильнее, чем когда я был профессиональным велогонщиком, и более полноценным спортсменом. Подготовка триатлониста укрепила мое тело и заставила мои кости кричать от радости, что они снова имеют возможность бегать.
Будучи велогонщиком, я старался быть настолько тощим, насколько это было возможно. Мой рост 6,1 фута, гоночный вес был 145 фунтов. Сейчас хорошо чувствуется то, что я набрал дополнительную мускулатуру. Психологически, мой разум прошел невообразимое расстояние после аварии. Школа будет лучшим способом подняться на следующую ступень моего выздоровления.
PEZ: Какие планы на твою намечающуюся благотворительную гонку, Raisin Hope Ride 2010, и как люди могут принять в ней участие?
С.Р.: Из-за денежных проблем мы все еще пытаемся назначить дату Raisin Hope Ride в 2010 году, так что продолжайте следить за объявлениями и обновлениями на RaisinHope.org. Каждый год мы устраиваем интернет-аукцион памятных вещей велоспорта. Для 2010 года Тор Хушовд предоставил подписанную зеленую майку с прошлого Тур де Франс.
С.Р.: Из-за денежных проблем мы все еще пытаемся назначить дату Raisin Hope Ride в 2010 году, так что продолжайте следить за объявлениями и обновлениями на RaisinHope.org. Каждый год мы устраиваем интернет-аукцион памятных вещей велоспорта. Для 2010 года Тор Хушовд предоставил подписанную зеленую майку с прошлого Тур де Франс.
PEZ: Ты собираешься участвовать в марафоне по Джорджии – как тебе тренировки?
С.Р.: Подготовка идет хорошо. Я пробегаю до 30 миль в неделю, и мне это действительно нравится. Это должно занимать долгое, долгое время, но сейчас я счастлив иметь возможность покинуть дом ради часовой пробежки.
С.Р.: Подготовка идет хорошо. Я пробегаю до 30 миль в неделю, и мне это действительно нравится. Это должно занимать долгое, долгое время, но сейчас я счастлив иметь возможность покинуть дом ради часовой пробежки.
PEZ: В центре внимания твоего Фонда – повышение осведомленности о черепно-мозговых травмах и травмах спинного мозга – предстоит еще много работы, чтобы вынести на публику трудности, стоящие перед теми, кто пострадал от черепно-мозговых травм?
С.Р.: Существует еще так много всего, что нужно сделать для популяризации вопроса о черепно-мозговых травмах и травмах спинного мозга. Когда ты имеешь представление, как разрушают и меняют жизнь человека такие травмы, не только пациента, но и его семьи, это ужасно знать, что не так много можно для них сделать.
Я чувствую, что начинаю паниковать, потому сейчас насчитывается 50 тысяч раненых американских ветеранов, у которых диагностированы черепно-мозговые травмы. Это не считая синдром посттравматического стресса, травм спинного мозга и людей с ампутированными конечностями.
У 50% получивших черепно-мозговую травму людей это влияет на их когнитивные способности или вызывает опасение получить еще одну черепно-мозговую травму. Если этот человек находится в меньшинстве и не получает помощи, которая нужна ему и его семье, то вторая черепно-мозговая травма, скорее всего, убьет его. Я в панике, потому что, если сейчас ничего не сделать для повышения осведомленности об этих травмах, то эта война отнимет жизни тысяч и тысяч людей.
С.Р.: Существует еще так много всего, что нужно сделать для популяризации вопроса о черепно-мозговых травмах и травмах спинного мозга. Когда ты имеешь представление, как разрушают и меняют жизнь человека такие травмы, не только пациента, но и его семьи, это ужасно знать, что не так много можно для них сделать.
Я чувствую, что начинаю паниковать, потому сейчас насчитывается 50 тысяч раненых американских ветеранов, у которых диагностированы черепно-мозговые травмы. Это не считая синдром посттравматического стресса, травм спинного мозга и людей с ампутированными конечностями.
У 50% получивших черепно-мозговую травму людей это влияет на их когнитивные способности или вызывает опасение получить еще одну черепно-мозговую травму. Если этот человек находится в меньшинстве и не получает помощи, которая нужна ему и его семье, то вторая черепно-мозговая травма, скорее всего, убьет его. Я в панике, потому что, если сейчас ничего не сделать для повышения осведомленности об этих травмах, то эта война отнимет жизни тысяч и тысяч людей.
PEZ: Справедливо будет сказать, что твоя семья оказала огромную поддержку тебе и твоему Фонду?
С.Р.: Меня бы здесь сегодня не было без поддержки моей семьи. Они провели со мной самое трудное время в моей жизни. Я действительно благословлен, раз у меня такая заботливая семья.
Они так же страстно помогают другим людям с черепно-мозговыми травмами, как и мне. Они знают, что есть так много людей, у которых любимый человек, как и я, страдает от такой травмы, и нет никаких возможностей. Я слышал много раз, как им называют семью, у которой кто-то в больнице с черепно-мозговой травмой, чтобы можно было сказать несколько слов поддержки.
С.Р.: Меня бы здесь сегодня не было без поддержки моей семьи. Они провели со мной самое трудное время в моей жизни. Я действительно благословлен, раз у меня такая заботливая семья.
Они так же страстно помогают другим людям с черепно-мозговыми травмами, как и мне. Они знают, что есть так много людей, у которых любимый человек, как и я, страдает от такой травмы, и нет никаких возможностей. Я слышал много раз, как им называют семью, у которой кто-то в больнице с черепно-мозговой травмой, чтобы можно было сказать несколько слов поддержки.
PEZ: Ты все еще сохраняешь контакт с кем-нибудь из Credit Agricole, команды, которая поддерживала тебя после аварии?
С.Р.: Я все еще общаюсь с некоторыми из моих товарищей по команде. Я приобрел нескольких друзей на всю жизнь в этой команде, и мне повезло гоняться со столькими отличными парнями. Тор (Хушовд) прислал мне сообщение на мой День Рождения, написав: «С Днем Рождения, старик!». Команда Credit Agricole сыграла огромную роль в моем восстановлении.
С.Р.: Я все еще общаюсь с некоторыми из моих товарищей по команде. Я приобрел нескольких друзей на всю жизнь в этой команде, и мне повезло гоняться со столькими отличными парнями. Тор (Хушовд) прислал мне сообщение на мой День Рождения, написав: «С Днем Рождения, старик!». Команда Credit Agricole сыграла огромную роль в моем восстановлении.
PEZ: Твой твиттер сообщает, что ты смотришь дома французское телевидение… сохраняешь языковые навыки?
С.Р.: Oui! Да, я смотрю французское телевидение для поддержания своих языковых навыков. Я до сих пор говорю на хорошем французском и не хочу его потерять. Моя цель состоит в том, чтобы возвращаться во Францию хотя бы раз в год.
С.Р.: Oui! Да, я смотрю французское телевидение для поддержания своих языковых навыков. Я до сих пор говорю на хорошем французском и не хочу его потерять. Моя цель состоит в том, чтобы возвращаться во Францию хотя бы раз в год.
PEZ: Проведя столько времени там, ты не скучаешь по европейской жизни и культуре?
С.Р.: Я скучаю по простоте Европы. Я скучаю по возможности пойти в продуктовый магазин, который легко можно обойти кругом. Больше всего я скучаю по своим друзьям. Некоторые из моих лучших друзей – европейцы.
С.Р.: Я скучаю по простоте Европы. Я скучаю по возможности пойти в продуктовый магазин, который легко можно обойти кругом. Больше всего я скучаю по своим друзьям. Некоторые из моих лучших друзей – европейцы.
PEZ: Теперь, когда ты вернулся домой, как проходят тренировки в Джорджии?
С.Р.: Я гонялся на велосипеде по всему свету, и Северная Джорджия – лучшее место на земле для этого. Здесь у нас мягкая зима и прекрасно проложенные дороги. Я могу поехать в любом направлении и не увидеть ни одного светофора или даже ни одной машины в течение нескольких часов. В Северной Джорджии у нас есть пересеченные дороги, плоские дороги и горы.
С.Р.: Я гонялся на велосипеде по всему свету, и Северная Джорджия – лучшее место на земле для этого. Здесь у нас мягкая зима и прекрасно проложенные дороги. Я могу поехать в любом направлении и не увидеть ни одного светофора или даже ни одной машины в течение нескольких часов. В Северной Джорджии у нас есть пересеченные дороги, плоские дороги и горы.
PEZ: Насколько трудно было перейти от велоспорта на бег на длинные дистанции?
С.Р.: Очень тяжело! Я потерял почти все свои ногти в тот или иной момент. Бег вытряхивает из кого-то слабость и причиняет адскую боль. Вот почему я люблю его, я люблю этот вызов и люблю испытывать свои пределы как личности.
С.Р.: Очень тяжело! Я потерял почти все свои ногти в тот или иной момент. Бег вытряхивает из кого-то слабость и причиняет адскую боль. Вот почему я люблю его, я люблю этот вызов и люблю испытывать свои пределы как личности.
PEZ: Ты уже соревновался в триатлоне – в скольких соревнованиях будешь участвовать в этом году?
С.Р.: Я еще не уверен. Я сфокусирован на учебе и мотивирующих выступлениях – это делает меня постоянно занятым.
PEZ: Кого ты прежде всего выберешь для своей речи, и какое влияние должен оказать твой рассказ?
С.Р.: Я уже выступал перед более чем 1200 велосипедистами на пробеге по Джорджии. Я выступал в прошлом году в Военно-воздушной академии в Колорадо-Спрингс. Причем на этом выступлении они подняли меня на планере на большую высоту. Так удивительно!
Мои выступления обычно заставляют людей плакать и смеяться. Я рассказываю свою историю, как это было до и после моей аварии, и подаю сигнал надежды, говоря людям, что никогда нельзя сдаваться, какими бы трудными ни были времена. После своих выступлений я всегда продаю и подписываю экземпляры своей книги «Тур Жизни» (Tour de Life).
С.Р.: Я еще не уверен. Я сфокусирован на учебе и мотивирующих выступлениях – это делает меня постоянно занятым.
PEZ: Кого ты прежде всего выберешь для своей речи, и какое влияние должен оказать твой рассказ?
С.Р.: Я уже выступал перед более чем 1200 велосипедистами на пробеге по Джорджии. Я выступал в прошлом году в Военно-воздушной академии в Колорадо-Спрингс. Причем на этом выступлении они подняли меня на планере на большую высоту. Так удивительно!
Мои выступления обычно заставляют людей плакать и смеяться. Я рассказываю свою историю, как это было до и после моей аварии, и подаю сигнал надежды, говоря людям, что никогда нельзя сдаваться, какими бы трудными ни были времена. После своих выступлений я всегда продаю и подписываю экземпляры своей книги «Тур Жизни» (Tour de Life).
Это урок для всех нас, когда мы видим страдания в новостях с Гаити, из зон военных действий по всему миру… Не сдавайтесь, цените то, что у вас есть! Спасибо Солу за его время, за предоставленные фотографии, удачи ему в спорте, учебе и благотворительности.
PEZ-Clusive: Saul Raisin, Still Raisin Hope, by Gordan Cameron
Перевод Кузьминой Галины
- Комментариев
- (8)
- Просмотров
- (3 274)
