Луис Леон Санчес: «На этот раз Тур с самого начала был таким трудным для меня, что, казалось, победа никогда не придет. Я хотел бы отметить работу своей команды, нас всего четверо в гонке, но мы сумели добиться победы. Мы доказали, что, если хорошо работать, то можно добиться результата. Конечно, я держал в уме присутствие Сагана. Мы знаем, на что он способен даже в борьбе с лучшими спринтерами пелотона. Он легко выиграл бы из группы. И если у меня были амбиции, я должен был попробовать убежать. Я понимал, что мне трудно будет бороться за победу против него, а также Жильбера и Касара. Я намерен и дальше продолжать попытки убегать, может быть, постараюсь выиграть еще один этап».

Жан-Франсуа Пешо (директор гонки): «Кто-то из зрителей разбросал гвозди на дороги, мы не знаем, кто и почему, но это вызвало около 30 проколов. Они были разбросаны начиная где-то с 200 метров до вершины Mur de Péguère. Кледен, например, был вынужден сойти с велосипеда и поменять его на велосипед своего товарища по команде, Максима Монфора. Есть гонщики, которые закончили этап с двумя или тремя гвоздями в трубках. Хотелось бы отметить поведение команды Sky, пример «фейр плэй». Они поняли, что что-то не так, и решили ехать спокойно, чтобы избежать проблем».

Горка Изагирре: «Луис Леон имеет большой опыт участия в подобного рода отрывах, и он сумел вовремя убежать. А нам просто остается поздравить его, потому что он был лучшим. И, честно говоря, мы рассчитывали, что Петер Саган отстанет от нас на Mur de Péguère. Но Саган есть Саган».

Брэдли Виггинс: «Я не видел многого из того, что случилось, я просто услышал, что было много проколов за считанные секунды. Никто не хочет победить за счет проблем других, я хотел бы, чтобы судьба Тура решилась на подъемах, а не из-за поломок. Я не знаю, что точно произошло, те, кто смотрели гонку по телевизору, видели все лучше меня. Я слышал, что на дороге были гвозди, и очень грустно, что такие вещи оказывают влияние на гонку. У каждого свое мнение, но мне показалось, что лучше будет подождать. Отрыв уехал, подъемы закончились, поэтому нам уже не за что было бороться».

Тиджей Ван Гардерен: «Я услышал, что Кэдел прокололся, но не был уверен, что делать в этой ситуации. Я думал, что с ним есть другой товарищ по команде, но сейчас понимаю, что должен был подождать его. Было много шума и хаоса, и по радио все было плохо слышно, и я считал, что с ним едет больше наших ребят…»

Пьер Роллан: "Я только потом понял, что случилось, что были все эти проколы. У меня не работало радио, и я снял гарнитуру, и мне об этом сказали другие гонщики. Я гонщик, который уважает правила, и у меня есть принцип - никогда не делать другим того, чего бы я не хотел, чтобы сделали мне. Я не специально атаковал после всех этих печатльных инцидентов. И то, что меня так упрекают, очень меня огорчает. Я надеюсь, что меня поймут".

Петер Саган: «Что я думаю об атаке Роллана? Думаю, что это неправильно, и если в группе есть соглашение, то все должны его соблюдать, и теперь он будет выглядеть в пелотоне «черной овцой».