- Категория:
- VeloNAME |
- Дата:
- 8-06-2010, 00:59
«Тот день на Пассо Пордой». Джибо Симони и его история
Мы видели, как недавно он ехал на последнем в своей профессиональной карьере горном этапе, с тем же мрачным лицом и тем же напором, как и всегда. Джильберто Симони на Гавии, а потом в воскресенье, он же, в замысловатом гротескном розовом галстуке – вот те мгновения, которые останутся в памяти, станут обложкой, закрывающей его длинную карьеру, гонщика из Палу ди Джово. Или сейчас уже правильнее говорить «экс-гонщика». Да, это так, Джибо уходит из профессионального велоспорта после своей 15-й Джиро, и сейчас он наслаждается первыми днями полного отдыха (как физического, так и психологического) после стольких лет карьеры.
Какие ощущения от того, что, наконец, появилось свободное время?
По правде сказать, я ещё не успел в полной мере его ощутить. Пока я занимаюсь теми делами, которые оставались незаконченными, до которых всё не доходили руки.
По правде сказать, я ещё не успел в полной мере его ощутить. Пока я занимаюсь теми делами, которые оставались незаконченными, до которых всё не доходили руки.
Есть в велоспорте что-то, чего тебе будет больше всего не хватать?
Мне 39 лет, из них 17 я был профессионалом, думаю, что охватил все сферы, много отдал и получил. Нет какой-то отдельной гонки, по которой бы я испытывал ностальгию…скорее, мне не хватает моих 20 лет, но об думают не только велогонщики.
А о чём ты будешь скучать меньше всего?
Пока только несколько дней прошло, я ещё не могу сказать. Возможно, какие-то негативные вещи уйдут на второй план, и я их даже не вспомню.
Как изменился велоспорт сегодня по сравнению с тем, когда ты только начинал?
Всегда говорят, что «было гораздо лучше, когда было хуже», но, в действительности, изменилась только сама жизнь. Велоспорт уже не имеет такого значения. Слышал, многие говорят, что молодые гонщики уже не приносят велоспорту таких жертв, как мы в их годы…но потом подумал, что сейчас трудно найти молодого парня, который бы пошёл работать шахтёром, все ищут наиболее удобный путь. В то же самое время, нельзя думать, что неопро в наши дни живут так, как привыкли мы. Наоборот, я думаю, что нужно ценить молодых гонщиков, потому что они выбрали трудный путь, то, на что многие их ровесники не согласятся.
Думаешь, люди также уважают велогонщиков, как и двадцать лет назад?
Сейчас на Джиро каждый день проходил как праздник, я чувствовал ту же теплоту от зрителей, как и в первые годы моей карьеры. Думаю, люди очень любят и велоспорт, и гонщиков.
Какой день в карьере ты можешь назвать самым счастливым?
Без сомнения это день, когда я захватил свою первую розовую майку, на Пордой. Я помню эти эмоции, это была мечта всей моей жизни, ставшая явью. Секунд тридцать я чувствовал неимоверный восторг, потом меня вернули к реальности крики людей вокруг и розовая майка, которая принесла мне новые обязанности. Это воспоминание навсегда со мной и каждый раз наполняет меня радостью, придаёт особый смысл моей карьере.
Сожаления? О том, что никогда не был высоко в генеральной классификации на Туре, или что не достиг всего, что было возможно в классифике?
Сожаления не сделают тебя сильнее. Я тренировался с Фондриестом ( прим. переводч. - Maurizio Fondriest – род. 15.01.1965, чемпион Мира в групповой гонке 1988, победитель Флеш Валлонь 1993, Милан-Сан-Ремо 1993, Тиррено-Адриатико 1993, после ухода из профессионального велоспорта в 1998 основал производство велосипедов с использованием карбона, который назвал Fondriest). Я пришёл из той эпохи, и это оставило свой след в том, что, может быть, я гонялся слишком много, если сравнивать с современными стандартами. Сейчас понимают, что у каждой гонки свой эталонный образец, много специализаций, возможно, мне нужно было выбирать гонки календаря по-другому, и тогда бы я показал более яркие результаты.
Можно сказать, что твоим соперником был Гардзелли?
Да, мы несколько раз пересекались на подиуме…Но также у меня была красивая борьба с Савольделли, не нужно забывать и Казагранде, который всегда доставлял мне хлопот.
Были ли гонки, на которых ты был достоен победить, где ты желал победить, но на которых так и не смог ничего показать?
Их слишком много, гонок, которые мне нравились, но где я не побеждал. У меня были странные колебания между удачей и неудачей – когда я не был профессионалом, я одерживал блестящие победы, даже не осознавая этого, даже, когда не должен был выигрывать, всё проезжал хорошо. Когда же перешёл в профессионалы, всё перевернулось. Я был силён, готов к победе, но меня что-то отталкивало, так было много раз…это превратились в вызов миру и себе, потому что в душе у меня было чувство, что я иду отлично.
У тебя много друзей в велоспорте?
Нет, я не дружу со всеми. Но у меня есть друзья и в этой сфере, немного, но они есть.
Как развивались твои взаимоотношения с Кунего, когда ты вернулся в Lampre в этом сезоне?
Я вернулся ради дружбы с Гальбузера (Emanuele Galbusera – владелец команды Лямпре), с ним я выиграл мою первую Джиро. То, что было с Кунего – это отдельный разговор. После падения в Триесте я утратил чувство победителя, не ощущал себя первым, скажем так, это была моя вина, независимо от того, выиграл Кунего или это был бы другой соперник. Спор на Бормио произошёл из-за моего желания выиграть этап, проблема была даже не только в Дамиано, принимая во внимание, что Мартинелли имел определённую ответственность, он привык делать ставку на победителя и тогда чувствовал себя сидящим на двух стульях. Но тот же Кунего отдавал себе отчёт в том, что делает, так что, его дороги с Мартинелли разошлись.
В определённый момент твоим преемником считали Рикко, какое мнение у тебя о Риккардо?
Мы были товарищами по команде в его первые годы. Ясно, что, как и все молодые, он был взрывной, хотел быстро выигрывать на всех финишах. О нём много говорили ,но талант у него был и есть. За эти годы в велоспорте я видел даже как свиньи летают, и могу вас заверить, что Рикко силён сам по себе. Вопрос в том, что велоспорт слишком серьёзный, и если кто-то высоко поднимает голову, на него вскоре начинают показывать пальцем, как на нахала.
Кастката дель Точе (Cascata del Toce). (прим. переводч. - 19-й этап Джиро 2003, который выиграл Симони. В тот день Пантани атаковал за 3 км до финиша, но остался 8-м, это была его последняя атака).
Что ты можешь ещё сказать о том дне?
Все помнят, что тогда произошло. Для меня это было что-то типа оплаты по счетам. За несколько лет до этого на Мадонна ди Кампильо я также атаковал, а он, в розовой майке, добрал меня. Он тогда был прав, на самом деле, я ничего не просил. Как и не просил ничего на Гавии у Чоппа. Гонка имеет свою тактику, идёт по своим законам.
Все помнят, что тогда произошло. Для меня это было что-то типа оплаты по счетам. За несколько лет до этого на Мадонна ди Кампильо я также атаковал, а он, в розовой майке, добрал меня. Он тогда был прав, на самом деле, я ничего не просил. Как и не просил ничего на Гавии у Чоппа. Гонка имеет свою тактику, идёт по своим законам.
Хотя после смерти Пантани ты в какой-то степени чувствовал себя «отступником» за то, что преследовал его в тот день.
У него была сильная депрессия, я безмерно сожалею, что всё так получилось. Я говорил, что если бы этим можно было спасти, помочь ему, то я бы вернулся назад и не стал бы его догонять. Но я понимаю, что эпизод на Каската дель Точе был каплей в море.
Ты сказал о Гавии и Чоппе. Чима Коппи была твоей целью на Джиро? Не жалеешь, что не усидел за швейцарцем, который потом в одиночку добрался до финиша?
Нет, у меня не было никаких целей, и нет никаких сожалений. Я жил день за днём, Дзонколан был несбыточной мечтой, после каждого этапа я находил мотивацию сделать следующий шаг – План де Коронес, Пейо Терме…Гавия была последним шансом, но я на 50% потратил силы только для того, чтобы уйти в отрыв, я уже был доволен. Потом я радовался, что удержался даже на Гавии, потом, что разыграл горную премию. В общем, каждый пройденный метр уже давал мне удовлетворение. Конечно, мне бы хотелось быть на вершине первым, но я итак шёл хорошо. Затем на спуске у Чоппа было больше смелости, и он пошёл вперёд. И так как смелость стоит больше опыта, я не удержался. Интересная история с этим опытом: я не выиграл ни одной гонки благодаря опыту - все благодаря инстинктам. Чем больше у тебя опыта, тем больше ты что-то высчитываешь и анализируешь, и это не правильно, по правде говоря, это никак не помогает...
Какой след ты оставил в велоспорте, кроме рекорда в 21'54" на Боккетте (прим. переводч. – в 2003 году на Джиро дель Апеннино Симони побил рекорд скорости по восхождению на Passo della Bocchetta, прошлый рекорд был установлен в 1999 году Марком Пантани (21'56")?
Я не могу об этом рассуждать, каждый свободен судить и думать обо мне хорошо или плохо. Важно, что будут вспоминать искренне.
Будет ли твоё будущее связано с велоспортом?
Я не закрываю эту дверь, долгие годы это была моя работа, которая многое мне дала…но в данный момент я не думаю. Оставлю принятие решения до конца года, нужно всё тщательно обдумать, потому что это потребует полной занятости.
А что будешь делать сейчас?
Хороший отдых, хочу поехать на море. Столько лет я проводил отпуск в горах, где нужно было тренироваться, но сейчас я хочу на море. Велосипед буду использовать только для спокойных прогулок, ничего общего с тренировками и соревнованиями.
Marco Grassi / cicloweb.it
- Комментариев
- (8)
- Просмотров
- (4 632)
