Одиннадцать лет в велоспорте – это очень много, и тем не менее Тайлер Фаррар все еще считается молодым гонщиком, который полностью не раскрыл свой потенциал. Несколько лет назад казалось, что в один прекрасный день он сможет составить достойную конкуренцию Марку Кэвендишу, но последние неудачные сезоны, травмы и психологические проблемы отбросили Фаррара с первых позиций в списке топ-спринтеров. Но не все еще потеряно для 28-летнего гонщика, и он начинает новый сезон подготовленным и мотивированным.

   «Я не чувствую себя как старый гонщик, но я уже и не молодой гонщик. Я нахожусь где-то посередине. За эти 11 лет я поднабрался кое-какого опыта, - сказал Тайлер в недавнем интервью для Velonews. – У меня осталось еще много амбиций, и я не чувствую, что двигаюсь к закату. Прошлый год был для меня довольно разочаровывающим, поэтому в этом сезоне я очень мотивирован, я намерен вернуться в то русло, где я был три года назад. Для меня это цель № 1. Но я доволен тем, где я нахожусь, как развивается моя карьера. Я счастлив выступать за Garmin, это будет уже шестой год в команде для меня, и там я чувствую себя как дома».

   В поисках идеального баланса в своей подготовке и в своем настрое Фаррар каждый год пытается что-то изменить в межсезонье, но это не всегда помогает: «В прошлом году зимой я кое-что поменял, чтобы полностью сосредоточиться на классиках. Но я не чувствую, что это работает. В некотором роде я вернулся к истокам, тренируясь в последние месяцы так, как я делал то в 2009, 2010, 2011 годах, и я надеюсь, что, когда дело дойдет до гонки, это принесет свои дивиденды. Я вернулся на трек и проделал кое-какую скоростную работу. Я уделяю больше внимания спринту в своей подготовке. Я спринтер. И я должен сосредоточиться на этом. В прошлом году, увлекшись подготовкой к классикам, я потерял скорость, и в первой половине сезона был недостаточно быстр в спринте. Это было совсем не то, чего я хотел».

   Однако Фаррар не простился с мечтой об успешных выступлениях на северных классиках, хотя в прошлом году, по его собственному признанию, он не был конкурентом лучшим специалистам таких гонок. «Классики –по-прежнему мои любимые гонки, буду честным, это гонки, о которых я мечтаю больше всего. Но нужно уметь признавать свои слабые и сильные стороны как гонщика. И профессионалу нужно ставить на свои сильные стороны».

   Прошлый год был для Фаррара урожайным на травмы – он ехал с травмами и Джиро, и Тур, где его падениям просто не было числа, после этого получил серьезное сотрясение мозга на Туре Британии. Не слишком ли много испытаний, существует ли лимит невезения и предел терпения? «Это часть спорта, - говорит Тайлер. - Нужно стараться не думать о падениях. Надо просто знать, что такое возможно. Но если ты думаешь о падении, то начинаешь колебаться. Ты ударяешь по тормозам, и это почти всегда вызывает большие завалы. Так что сомнения и колебания не идут тебе на пользу».

   Вот уже второй год в каждом своем интервью Фаррар вынужден отвечать на вопрос о том, как изменила его смерть Воутера Вейландта, как она повлияла на него как человека и как спортсмена. Все неудачи и неприятности Фаррара так или иначе связываются с этой трагедией, с ее отголосками. Так ли это?

«Это жизнь, и это нельзя контролировать. Большинство из случившегося со мной было полностью вне моего контроля. И ничего нельзя сделать, кроме как пытаться противостоять ударам и двигаться дальше, попытаться как-то справиться с плохой ситуацией, улучшить ее. Иначе остается просто свернуться калачиком и умереть. Все эти вещи формируют тебя как человека. Это часть нашей жизни, ни у кого не бывает все идеально все время. Так как я профессиональный велогонщик, то нахожусь в центре внимания, и о происходящем со мной знают все. Но если взять 50 случайных людей с улицы, то с близкими каждого из них случались ужасные вещи. Это просто жизнь».

   Но если говорить только о спорте, то цель одна – снова начать побеждать. Каким образом, и кто будет помогать Тайлеру добывать кубки, покажет время. «Мы в команде решили сначала посмотреть, смогу ли я в первых гонках конкурировать на высоком уровне, а потом уже подумать о «поезде». Сейчас я не переживаю по поводу того, кто будет меня развозить, потому что не имеет значения, насколько у тебя хороший «поезд», если твои ноги недостаточно хороши, чтобы финишировать. Сначала я должен доказать, что мои ноги достаточно сильны».

   Как и все профессионалы сейчас, Тайлер Фаррар вынужден работать в условиях полного недоверия к его виду спорта. «Это отстой, меня злит это. Больше всего меня злит то, что я должен защищать свой спорт из-за того, что происходило еще до того, как я стал профессионалом. Я должен отвечать на все вопросы о Лэнсе, но это заводит меня в тупик. Это не здорово. И вне зависимости от того, что я отвечаю, эти истории довлеют над всеми нами. С этим трудно иметь дело. Все, что нам остается – это смотреть только вперед. Но с другой стороны, я почти гордился тем, что эти истории вышли наружу. Это показывает, что мы на самом деле пытаемся что-то делать. Есть так много видов спорта, где не делается ничего. В этих видах спорта не бывает скандалов именно потому, что никто ничего не делает. В ФИФА не всем игрокам устраивают внесоревновательные тесты. Трудно иметь позитивы, если нет тестов. У нас происходят все эти скандалы, потому что мы пытаемся как-то исправить положение вещей. Но нельзя щелкнуть пальцами, и все изменится к лучшему за одну ночь. Мир устроен совсем не так».

   Существует ли еще доверие среди самих гонщиков? «Я предоставляю каждому презумпцию невиновности, пока нет положительного теста. Я должен фокусироваться на себе, влиять только на самого себя. Я не могу отвратить кого-то от допинга. Если кто-то принимает такое решение, то я просто надеюсь, что его поймают. Я думаю, что большинство в пелотоне чисты. Но у нас никогда не будет на 100 процентов чистого пелотона. Это все равно что сказать, что мы покончили с преступлениями. Независимо от того, насколько серьезным будет наказание, всегда найдется тот, кто пойдет на риск. Это элемент человеческой природы».

   «Я не смотрел интервью Армстронга Опре. Я так устал от всего этого. Я прочитал основные моменты позже. Но все это – уже история. Я хотел бы, чтобы он просто ушел. Я устал слушать о Лэнсе Армстронге. Он делал то, что делал, снискал громкую славу и нанес огромный ущерб спорту. Думаю, лучше всего было бы, если бы он просто ушел. Перестал бы давать интервью. Прекратил бы вешать свои фотографии с желтой майкой в твиттер. Остановился бы».

   В деле Армстронга фигурировали и товарищи Фаррара по команде Garmin – Дэниелсон, Ванде Вельде, Забриски. «Да, эти ребята наделали ошибок. Но они приняли решение изменить ситуацию, и это нужно уважать. Это было трудно для всех. Они такие хорошие друзья. Кристиан Ванде Вельде мне как старший брат. Я все время общался с ним в тот период, и было очень тяжело смотреть, как он проходит через такое. Я сочувствую ему, но не оправдываю его. Он сделал то, что сделал. Но когда твои друзья делают ошибки, ты остаешься на их стороне; но это было нелегко. Как сказал Джонатан Воутерс – мы не можем изменить то, что было в прошлом, важно то, что мы делаем сейчас».