Сегодня, 13 февраля, показания по делу «Операсьон Пуэрто» давали независимый эксперт, нанятый Всемирным антидопинговым агентством (WADA), врач из Германии Йорк Олаф Шумахер (Yorck Olaf Schumacher), а также бывший велогонщик команды Kelme Хесус Мансано (Jesus Manzano).

  Также 13 февраля должен был давать показания медицинский эксперт Франсиско Аганелл (Francisco Aguanell). Именно на его свидетельства рассчитывало обвинение. Но, как сообщили испанские средства массовой информации, Аганелл скончался в понедельник, 11 февраля, предположительно от сердечного приступа. Об обстоятельствах его смерти не сообщается. Аганелл должен был рассказать суду о риске переливаний крови, о том, что такая процедура может стоить жизни спортсмену – его показания должны были стать одними из основополагающих в обвинении доктора Фуэнтеса в причинении вреда здоровью спортсменов.

  Эксперт ВАДА Йорк Олаф Шумахер, специализирующийся на спортивной медицине, проводил научные исследования клеток крови и консультировал спортсменов. Шумахер заявил суду, что если спортсмен сдавал более 500 миллилитров крови, то это могло причинить серьёзный ущерб его здоровью. Шумахер сказал, что взятие 20% общего количества крови приводит к побочным эффектам – «низкому давлению, усталости, головокружению». Кроме того, гонщик может получить заражение крови. Шумахер отметил, что для исследований крови достаточно 1% от общего объема, а те объёмы, которые брал Фуэнтес, «обычно используются для плановых операций», и даже при этом условии брать такой объём крови не всегда рекомендуется, потому что эта процедура не увеличивает шансы пациента на выздоровление.

  Заявление Шумахера было подготовлено на английском языке, но его показания были прерваны замечанием адвокатов, что судебный переводчик не справляется с переводом. Судья предложила Шумахеру продолжать давать показания на его родном немецком языке, но переводчик не был достаточно квалифицирован, чтобы делать перевод с немецкого. Поэтому эксперт ВАДА продолжит давать показания 15 февраля.

  Следующим давал показания Хесус Мансано (Jesús Manzano), бывший профессиональный испанский велогонщик, который в 2000-2003 выступал за команду Kelme-Costa Blanca.

  В конце 2003 он был уволен из команды, а в марте 2004 в эксклюзивном интервью испанскому изданию AS Мансано раскрыл детали допинговой практики, существовавшей в его бывшей команде Kelme. Тогда Мансано заявил, что в 2002 году в клиники Валенсии у него было взято в общей сложности 2 с половиной литра крови, которую собирались вливать во время Тур де Франс 2003 года. Хесус Мансано тогда также рассказал, что перед стартом Тура 2003 года он заплатил 3000 евро команде на медицинские расходы, как инвестицию, которая должна была окупиться победой на этапе или другими победами. Мансано считает, что остальные гонщики Kelme также платили команде. Перед стартом 7-го этапа Тур де Франс-2003 врач команды ввёл в вену Мансано 50 миллилитров вещества, которое он никогда раньше не использовал. На первом подъёме дня Col de Portes Мансано и Ришар Виранк атаковали и уехали, в попытке добраться до раннего отрыва. Через 3 км горовосхождения у Мансано закружилась голова, он упал, а затем вертолётом был доставлен в больницу. Официальный врач Тур де Франс поставил испанскому гонщику ошибочный диагноз – сердечный приступ. По словам Мансано, тогда менеджер команды попросил его отказаться делать анализы в больнице. Позже Мансано сообщил, что перед 7-м этапом Тур де Франс ему был введён оксиглобин (oxyglobin). Мансано едва не погиб от обезвоживания, и он считал, что причиной этого стала инъекция, которую сделал врач команды.

  Во время слушания адвокат Хесуса Мансано подал судье документы 2003 года, в которых были данные о состоянии здоровья Мансано с подписью Фуэнтеса.

Хесус Мансано сказал, что в 2000, 2001 и 2002 получал от Фуэнтеса ЭПО: «Эуфеманио давал нам ЭПО и говорил, чтобы мы хранили его в термосе».

  Мансано заявил, что его уровень гематокрита был равен 56%. Чтобы анализы не были положительными, Фуэнтес дал «белый порошок» для добавления в мочу, собранную на анализ. Если же допинг-контроль UCI должен был брать кровь, то гонщики вводили сыворотку, чтобы снизить уровень гематокрита.

  Мансано рассказал, где находилась штаб-квартира Фуэнтеса (отель Aída de Torrejón), а также, что доктор выдавал ему рецепт, подписанный его сестрой (Иоландой Фуэентес), на получение вещества HMG, которое понижало уровень тестостерона и давало возможность избежать положительного результата допинг-пробы на наличие эпитотестостерона.

  Мансано сказал, что ему не приходилось оплачивать эти рецепты, и что также он получал от доктора Фуэнтеса препараты: "Кортизон,  синактен (Synachten), который использовался при прохождении разделок, тестостерон, актовегин для улучшения прохождения разделки во время чемпионата Испании. Актовегин и огсиглобин – препараты для лечения животных. По этому поводу в команде шутили: "Однажды ты залаешь, а в другой раз замычишь". Я не платил ни за что, платила команда Kelme. Мне говорили, что ЭПО ничего плохого не принесёт, хотя я говорил, что уровень гематокрита, превышающий 50% - это плохо. Для Вуэльты кровь брали в Мадриде в августе, и потом вводили её в Астурии, в присутствии Иоланды и Эуфеманио Фуэнтесов. Когда на Туре Португалии в 2003 году Иоланда привезла нам белый порошок, который помогал избежать положительной допинг-пробы, она сказала тогда: «Слава Богу, что мне привезли его из Мадрида".

  Мансано повторил свои показания по поводу происшествия на Тур де Франс 2003 года: «Мне внутривенно ввели оксиглобин, Бельда (Vicente Belda) и Лабарта (José Ignacio Labarta) знали об этом». Бельда и Лабарта, как и Эуфеманио Фуэнтес, как Иоланда Фуэнтес, являются обвиняемыми в деле «Операсьон Пуэрто».

  Мансано заявил, что ему не позволяли обращаться к другому врачу. Бывший гонщик рассказал, что Фуэнтес привозил на гонки кровь в холодильнике своего «Порше».

  «Медицинские планы составлял Эуфуманио, ему помогал Лабарта, а их работу координировал Бельда. Бельда говорил мне, когда мне нужно посетить врача, чтобы сделать переливание крови».