Джонатан Воутерс (Jonathan Vaughters), 39-летний совладелец команды Garmin-Sharp, который прилагает все усилия, чтобы его команда была «чистой», признавался, что во время своей карьеры использовал допинг, включая 1998-99 годы, когда выступал за U.S. Postal Service. В деле USADA он дал показания против бывшего товарища по команде Лэнса Армстронга.На страницах журнала ESPN были опубликованы размышления Джонатана Воутерса по поводу ситуации с использованием допинга.

  «Лэнс Армстронг никогда в своей жизни, ни на секунду не верил, что кто-то из его соперников был “чистым”. Думаю, он наслаждался в какой-то степени шпионским подходом. Ведь нужно быть находчивым, а у Лэнса очень острый ум, как и у людей которые его окружали, чтобы заранее узнавать о тестах и избегать их, чтобы уметь обойти французскую полицию. А это требует умения просчитывать огромное количество факторов.

  Первые два года карьеры (1994 и 1995) я ездил «чистым», тогда в Европе не проводили тесты на ЭПО. Я едва держался в хвосте пелотона и финишировал 130-м. Ты приклеиваешься к кому-то на колесо и всю гонку просто молишься, чтобы пелотон замедлился хоть чуть-чуть. Потом я вернулся выступать в США и выиграл - поразительное различие с тем, когда все 180 парней в этих европейских гонках сидят на ЭПО.

  Гонки просто становятся все быстрее и быстрее, потому что у каждого всегда остаются силы для контратак. Это идёт вразрез с человеческой природой, когда парень тянет в пелотоне километр за километром, работая на лидера команды, тратит на 30% больше энергии, принимая на себя ветер, а потом каким-то образом цепляется за третье или 13-е место. Флеш Валлонь 1994 года, когда гонщики одной команды заняли 1-е, 2-е и 3-е место, стала той отправной точкой, когда от индивидуального использования допинга перешли употреблению его всей командой. Это должно было быть совместное решение – и доктора, и менеджеры, и гонщики сказали: «Да, мы сделаем это». Среди гонщиков отношение было таким – этот препарат дал мне врач команды, сказал, что я должен принять его.

  С ЭПО в 1990-х, впервые в истории спорта появилась возможность употреблять допинг, который никак не определялся, давал скачок в уровне выступлений у каждого, и после его применения не было спада. Думаю, в 1996 , на крупных гонках типа Тур де Франс допинг принимали почти 100%. Это привело к скандалу с «Фестиной» в 1998 (когда Алекса Цулле и его товарищей по команде выгнали с Тур де Франс за использование ЭПО). Скандал «Фестиной» стоял особняком, а руководство винило во всём отдельные личности, вместо того, чтобы признать, что употребление допинга является систематическим и стало большой проблемой. Именно такое отношение существенно замедлило процесс разработки тестов по определению препарата. Вот почему между началом применения ЭПО и появлением тестов на его определение задержка в 12 лет.

  Должен сказать, что после «Фестины» и после появления тестов на ЭПО все менеджеры команд в один момент не хотели иметь никаких дел с допингом, потому что это стало называться преступлением. Но, думаю, что команда Лэнса Армстронга U.S. Postal Service показала, что применение допинга всё ещё касалось всей команды. Многие команды действовали так: есть тесты, есть полиция, теперь надо научиться, как избегать и того, и другого.

  Где-то в 2004, через год после завершения карьеры велогонщика я сказал публично что-то, что восприняли, как указание на то, что Лэнс принимал допинг. Он позвонил мне. Я объяснил:

- Слушай, я знаю, что с тобой это не имеет ничего общего, но я чувствую себя виноватым за то, что делал.

- Правда?

В этой нашей беседе он не признавался, что использует допинг. Но вот что он тогда сказал мне:

- Послушай, 180 парней, которые в гонке являются твоими соперниками, надевают велотуфли и защёлкивают их на педалях, когда ты делаешь то, что должен делать, верно?

- Да.

- Правильно. Ты тоже надеваешь велотуфли и защёлкиваешь их на педалях.

Я по такому поводу сон не теряю, и ты не должен».

 Продолжение следует ...