Крис Фрум: «Оглядываясь на карьеру, хочу иметь возможность сказать, что приложил все силы»

Крис Фрум пока не намерен завершать карьеру и ещё надеется побороться на Тур де Франс через 6 лет после своей последней победы на французском Гранд-туре. Однако у 38-летнего британского гонщика команды Israel-Premier Tech уже есть и долгосрочные планы открыть велоакадемию в Кении. О своём проекте Крис Фрум  рассказал в подкасте своего бывшего товарища по команде Геранта Томаса «Geraint Thomas Cycling Club Podcast».

Крис Фрум: «Когда рос в Восточной Африке, в Найроби, часто бегал кросс, и когда проводились соревнования между школами или что-то подобное, кенийцы меня просто убивали своими способностями. Они точно лучшие в мире бегуны на длинные дистанции.

Всегда об этом помнил, поэтому, когда выигрывал Тур, чувствовал себя немного смешным и неполноценным, зная, что в Восточной Африке есть гораздо более сильные в плане выносливости спортсмены. Но у них просто нет доступа к велосипедам. Велоспорт там не существует. У них нет оборудования, нет тренировок, нет никаких структур. Всегда думал об этом и хотел что-то предпринять.

Сейчас, когда приближаюсь к финалу своей карьеры, настало идеальное время начать действовать. У подножия горы Кения, на высоте 2000 метров мы собираемся открыть Академию велоспорта Криса Фрума.

Я искренне считаю, что в течение 10-15 лет мы увидим такой же прорыв спортсменов из Восточной Африки, как волна гонщиков из Колумбии как за последнее десятилетие».

Что касается продолжения своей карьеры, Крис Фрум настроен добиться попадания в состав Israel-Premier Tech на Тур де Франс-2024, где хочет бороться за высокий результат:

«Я бы хотел проехать больше многодневных гонок. В этом году, чтобы набрать форму, я проехал много однодневных, и могу прямо сказать, что я не однодневщик. Хочу получить хорошую программу многодневных гонок и провести блоки тренировок, может быть, даже немного вернуться к старомодному способу подготовки, которым привык всегда пользоваться.

Было бы волшебно где-нибудь выиграть этап или уехать в отрыв, который удержится до финиша, как было на этапе до Альп д’Юэз. Тогда была совершенная магия. Хотя было бы лучше, если бы там не было Тома Пидкока, но хочется просто испытать подобное, просто вернуться.

Тур есть Тур. Ты знаешь, что это такое. Даже если выигрываешь Джиро или Вуэльту, это не Тур де Франс. Сейчас победа на Тур де Франс стала бы для меня чем-то совершенно особенным. Или если бы я смог быть высоко в генеральной классификации, это было бы великолепное завершение.

Сейчас у меня немного другая мотивация. Когда я побеждал, мои дети не были достаточно большими, чтобы это запомнить. Поэтому меня мотивирует сейчас показать им, на что я способен.

Многие меня спрашивают: «Почему ты до сих пор выступаешь? Ты выиграл все Гранд-туры  несколько раз. Почему ты ещё этим занимаешься?» Но я хочу подойти к финалу карьеры и сказать, что отдал ей всё. Если это означает, что я больше не выиграю ни одной гонки, не подниму руки в победном жесте, значит пусть так. Но, оглядываясь назад, хочу иметь возможность сказать, что приложил все силы.

Не собираюсь сейчас ставить точку со словами: «Да, знаешь, мог бы продолжать, возможно, смог бы  вернуться на более высокий уровень, а может, и не смог бы». Не хочу задаваться такими вопросами, а просто намерен отдать всё, что у меня есть и посмотреть, чего смогу добиться, а, может, даже продержусь ещё чуть дольше».

В финале подкаста Герант Томас в беседе с соведущим Томом Фордайсом (Tom Fordyce) выразил сомнения относительно возможности Криса Фрума вновь добиться успеха на Тур де Франс через 11 лет после первой победы:

«Это типичная манера Фруми. Он никогда не сдаётся, но, как бы вежливее выразиться, он слегка заблуждается. В этом весь он. Он - победитель, он хочет побеждать, хотя в данный момент довольно далек от этой цели. Но он много работает и хочет работать.

Когда мы вместе участвовали в Best Buddies (благотворительная гонка в Майами), я услышал, что он уже тренируется как монстр. Мне кажется, это единственное, что его немного сдерживает.  Мне кажется, что он как бы застрял в 2010-х годах. Понимаете, о чём я? Думаю, что в  плане питания и прочего он всё ещё больше в том времени, а не так, как питаются сейчас. В этом плане он старомоден. Но было бы здорово, если бы он преуспел».